Хотите следить за нашими новостями?

Оставьте Ваш E-mail:

Мода

Зависть – топливо моды

Зависть – топливо моды

Боль и зависть – чувства, за которые отвечает один и тот же участок головного мозга, а именно передняя часть поясной извилины. Видимо, там же находится исток эмоций, неразрывно связанных с модой. Ведь мода невозможна без завистиэтой боли разрыва между желанным и уже имеющимся.


Мода эксплуатирует это чувство: возбуждает его в своих адептах, дает возможность его утолить и оставляет завидовать тех, кому мода не по карману. Это чувство – подспорье моды, точно так же, как человеческая похоть – необходимое условие для существования секс-индустрии.

Судите сами. Зависть возникает при сравнении себя и окружающих и если при этом оказывается, что у иных окружающих дела обстоят лучше. Ядовитая досада, которая возникает при таком сравнении, и есть суть зависти. То есть для ее возникновения нужен болезненный разрыв между имеющимся и желаемым.

Постоянно провоцировать такой разрыв – важнейшая задача моды. И она делает это ежесезонно, являя новые коллекции и задавая новые тренды. Имеющийся гардероб перестает радовать – сколь хорошим бы он ни был – и жертва моды начинает испытывать нестерпимый зуд апгрейда.

Нечто подобное происходит во многих сферах в обществе потребления с его вечным впариванием новинок. Но мода делает это с особым шулерским изяществом. Ведь для того, чтобы навязать населению новый гаджет, нужно снабдить его какими-то полезными инновациями – или хотя бы сделать видимость. В моде же изменения изначально декоративны и довольно условны.

Эти изменения ценны сами по себе, а не от того, что они лучше или хуже. То есть если для большинства товаров действует формула: «купите новое нечто, потому что оно замечательное», то в моде все иначе: «купите нечто, потому что оно новое».

Брюки с высокой талией заполонили дамские гардеробы не оттого, что они выгодно подчеркивают достоинства фигуры (скорее наоборот) и не оттого, что они удобнее. А исключительно потому в них есть новизна – бессмысленная для логики, но весьма ощутимая для передней части поясной извилины.

Впрочем, как и страх смерти, зависть руководит нами незаметно для нас самих. Если первый заставляет нас цепляться за любые проявления жизни и табуировать все, что связано со смертью, то зависть требует, чтобы эти самые проявления были не хуже (а желательно лучше), чем у окружающих. 

И если это требование выполняется, человек ощущает нечто противоположное потребительской боли – наслаждение или даже эйфорию. Как однажды заметил Пелевин, покупка новой шмотки вызывает кайф, похожий на легкое опьянение от порции хорошего крепкого алкоголя.

Поэтому когда в 1997 году Том Форд выбрал для нового аромата Gucci название Envy, он попал в самую точку, раскрыв подспудную суть моды. Кстати, мужская версия, выпущенная годом позже, лучше отражает название. Его восточно-древесная композиция идеально соответствует тяжелому пряному характеру зависти – чувству столь же горькому, когда испытываешь его сам, сколь и сладкому, когда его испытывают по отношению к тебе самому.

Успешные потребители моды, как правило, не испытывают зависти – скорее им мерещится зависть окружающих. Но зависть потому и движет моду, что заставляет избегать себя. Избегать постоянно, без возможности избежать окончательно. Потому что впереди – новые коллекции.

 

Читайте также: История дендизма

Если вы заметили опечатку, выделите ее и нажмите Shift + Enter или Нажмите сюда чтобы сообщить нам об этом.

Если вы заметили опечатку, выделите ее и нажмите Shift + Enter или Нажмите сюда чтобы сообщить нам об этом.

Если вы заметили опечатку, выделите ее и нажмите Shift + Enter или Нажмите сюда чтобы сообщить нам об этом.

Комментарии: